Климанская онлайн

3-го июля несколько десятков людей пытались попасть от дома 36 по Кутузовскому проспекту к площади у Киевского вокзала. В целом им это удалось, хотя и не без сложностей: оказалось невозможно попасть в кафе, чтобы передохнуть и выпить кофе, воспользоваться банкоматом, посетить туалет и купить лекарств. Практически невозможно было пересечь проезжую часть через подземный переход. И дело не в том, что проход был перекрыт пикетами или запрещен правилами заведения.

Просто эти люди не могут ходить пешком.

Мы почти не видим их на улицах, но это не значит, что их нет. Это даже не значит, что их мало. Просто те, кто не может спуститься со ступенек собственного дома, подняться по ступенькам же в магазин или просто пересечь дорогу – почти не выходят из дома. Сотни тысяч невидимок постоянно сидят дома и просто не могут выйти. Без посторонне помощи они не могут получить ни благ цивилизации, ни хотя бы услуг и товаров жизненной необходимости. Ходячему человеку ничего не стоит перешагнуть высокий бордюр, сойти по ступеням подземного перехода, дотянуться до средней и верхней полки прилавка в магазине, подняться на крыльцо развлекательного центра или медицинского учреждения – человек в коляске просто не может этого сделать.

Представьте себе свой обычный день. Вы встаете, умываетесь, пьете кофе, свободно перемещаясь по своему жилью, не стукаясь об него боками, затем перешагиваете порог квартиры, вызываете лифт, и, выходя на улицу, спускаетесь по нескольким ступеням. Затем вы (допустим) дожидаетесь маршрутки, заходите в нее, пробираетесь к сиденью, и доезжате до метро. Спускаетесь по ступенькам в холл, заходите в вагон, выходите из вагона, поднимаетесь на эскалаторе, по ступенькам, проходите пешком до офиса, пару раз переходя дорогу, поднимаетесь по ступенькам в здание, проходите через турникет, дальше на лифте, перешагиваете порок своего офиса, и работаете.

Вечером вы совершаете все то же самое в обратном порядке, но вам надо зайти в магазин, купить еды. Значит вместо маршрутки вам надо сесть в автобус с турникетом, выйти из него, подняться в супермаркет, толкая перед собой тележку, набрать покупок с витрин, прилавков и холодильников, пройти через кассу с воротцами от воришек, разобрать покупки и с ними спуститься на улицу. Дальще погружение в транспорт и/или преодоление пешеходного маршрута, с его отсутствующими съездами, ступенями, не говоря уж о колдобинах и прочих элементах уличного пейзажа, таким как бетонные загородки во дворах «чтобы через нас тут не ездили посторонние».

Обычному здоровому человеку, не столкнувшемуся непосредственно с необходимостью ездить самому или помогать кому-то близкому передвигаться на коляске, и в голову не придет, какое безумное количество людей годами сидит дома только потому, что иначе – невозможно. Бессмысленно пытаться выезжать из квартиры, если точно знаешь, что не сможешь открыть двойные двери подъезда и спуститься во двор. Что точно не сможешь попасть в общественный транспорт или подняться в аптеку или тот же кинотеатр. А ведь это живые люди, им нужно то же самое, что и всем – еда, свежий воздух, лекарства, работа, развлечения. А они не могут самостоятельно даже просто выйти на улицу – потому что этот мир предпочитает не думать о плохом.

Акция, организованная при участии нескольких благотворительных фондов, интернет-проектов и просто известных личностей, имела целью напомнить, что кое о ком мы постоянно забываем. А во многих случаях делаем это сознательно.

Это главная улица Москвы, Кутузовский проспект, мы не поехали куда-то в Очаково или в Лобню! Здесь живет и работает состоятельная публика, новая буржуазия. И эти люди не выразили никакого сочувствия и понимания. Когда мы заехали в кафе, там сидела молодая пара. Они просто отвернулись с выражением брезгливости на лице. И я думаю, все эти высокие пороги, на которые я и все остальные не могли заехать без помощи окружающих, — просто следствие того, что люди не думают ни о чем, не думают, что с ними может такое произойти. (Иван Дыховичный)

Сейчас закупают автобусы с низкопольной платформой и откидным пандусом. Но водитель, в обязанности которого входит выйти и открыть эту платформу, этого не делает, ссылаясь на то, что у него люди в автобусе сидят, что платформа заржавела, не работает. Метро — у нас в Южном Бутово построили новое легкое метро, даже лифты сделали, чтобы на коляске можно было въехать, но переход с легкого метро на основную ветку оборудовать лифтом или подъемником, ну хотя бы эскалатором, попросту не стали или забыли. Получается, что можно ездить только по Бутовской линии — это 5 остановок туда и обратно. Продолжать? (Наталья Бахматова, чемпион России по теннису на колясках)

Вы никогда ноги не ломали? И не собираетесь?

Большой город публикует материал об акции на Кутузовском проспекте, с фотографиями и отзывами участников, среди которых как добровольные колясочники, так и люди, действительно привязанные к инвалидному креслу.
Иллюстрации – БГ.